К пятидесяти пяти

Все слышали про десять тысяч часов практики? Журналы, книги, выступления разных ученых талдычят одно, чтобы добиться мастерства в любом деле, нужны десять тысяч часов практики.
 
Однажды по дороге в любимое кафе, где до карантина можно было заказать кружку кофе и поскетчить, я задала мужу вопрос:
 
«Слушай, а сколько мне будет к моменту, когда я наберу эти самые десять часов практики в рисунке? Вот тебе вводные, если по-честному, то я могу заниматься по четыре часа каждую неделю.».
 
Женя любезно подсчитал:
 
«Значит так, четыре часа в неделю, четыре недели в месяц, двенадцать месяцев в году, с учетом твоего возраста – к ПЯТИДЕСЯТИ ПЯТИ.»
 
Я стану художницей к пятидесяти пяти.
А если заниматься каждый день ?
 
Десять тысяч часов это пять лет.
 
Я лихорадочно думаю.
Можно бросить работу (ХАХА) и идти на пять лет в академию, буду голодной, зато художницей.
 
К пятидесяти пяти.
 
Я крепко сжимаю руками блокнот и сосредоточено смотрю вперёд. Нет, что-то здесь не так. Мне хочется сейчас!
 
Немедленно!
 
Вот лавочка, вон речка, ну-ка сяду рисовать живописный кустик.
 
Кустик, как это часто бывает в Филадельфии, оказался занят, в моём, например, сидел грузный мужичок в желтой кепке.
 
Застигнутый врасплох мужик ошарашенно посмотрел на меня, а я на него. Из карманов незнакомца торчали кисточки и карандаш, чуть подальше стоял мольберт – мужчина не только писал, он ещё и писал.
 
Я попятилась назад, на скамеечку и начала рисовать.
 
Черкну в блокноте и мельком в его сторону – рисует, подлец.
 
А он кисточкой мах-мах и тоже косит в мою сторону.
 
Так мы сидели, рисовали и испепеляли друг друга взглядом.
 
Чем не традиционное признание коллег.
 
Так я и стала художницей.
 
Просто до пятидесяти пяти у меня есть классное занятие.
 
Ну может не до пятидесяти пяти, но на карантин так точно.